ОТТОРЖЕНИЕ

 

Каким видим мы, алгоритм превращения десятков независимых, государственных образований Сибири, Дальнего Востока и Арктики в часть российской империи … 
Совершалось оное, по согласию историков (разница лишь в признании пропорций), именно насилием и обманом. 
Не торговлей, симбиозом культур или взаимовыгодным сотрудничеством и уж совсем не лаской, о чем ныне твердит власть. 
Но, убийствами невинных и захватами заложников-аманатов, коих предписывалось брать в плен, в первую же встречу с аборигенами. 
Сеянием сословной розни среди родов, междоусобиц между народами и пытками изуверскими ради «прибытка государева». 
Низведением до состояния скотского, целых племен, встретивших русских как добрых гостей. 
Уничтожением древнейших святынь и обращением в чужую веру под страхом смерти.
Подневольным заключением лживых договоров «о союзах воинских», признававших суверенные права местных туземных народов на веками занимаемые земли. 
...Но, вменявшим до десятка выплат, вовсе не ограниченных одним ясаком….
«Беляк», «чашина», иные поборы, как на содержание этих пришлых, не званных «защитников». так и в казну их «царя-людоеда».
Если же кто отказывался заключать подобные контракты с «благодетелями» и платить не желал… 
Тем силой огнестрельного оружия, «объясняли» необходимость отдать имущество. 
Намеренные обиды и оскорбления аборигенов, провоцировали тех к восстаниям. 
Которые жестоко подавлялись, позволяя беспричинно грабить имущество, обращая участников сопротивления и их семьи в рабство. 
Что было в этом Христианского и как оное соотноситься с общечеловеческой этикой…., вопрос риторики, не более… 
Так было и будет…, элементарный бандитский рэкет приобретающий статус государственной политики. 
Историческая романтизация «Volk ohne Raum» и индульгенция на любые преступления в процессе «поиска новых земель», «прирастания государства территориями», «Lebensraum im Osten» и т.д... 

Но, неужели люди за Уралом воспринимали все покорно, не пытаясь сохранить независимость собственных стран или хотя бы личное достоинство.... 
А может и не было сопротивления, равно как и причин к нему…, ведь нам постоянно твердят: 
- «Как смогли бы разрозненные группы, малочисленных и плохо вооруженных людей, столь быстро и почти бескровно присоединить Сибирь, … не встретив там поддержу местного населения… 
И не свидетельствует ли это о её освоении в основном с помощью «народной дипломатии…» 
Но…, в самом вопросе, здесь, уже заложена колоссальная ложь…… 

О реакции аборигенного населения на приход русских, можно судить в том числе, по характерной для «землепроходцев», челобитной первооткрывателей Колымы из отряда М. Стадухина, с описанием их встречи в 1643 г. с местными юкагирами. 
Землепроходцы сообщили, что на призыв идти «под высокую государеву руку» в ясачный платеж и «вечное холопство» первые встреченные юкагирские оленные князцы Пантеля и Кораля ответили: 
- «как де вы с нас ясаку прошаете, а землица та наша, а владеем де мы, а вас де мы и на берег не выпустим». 
Другой, «сидячий», князец Олай заявил: 
- «И ясаку де вам государева не дам, потому что де то землица наша и люди те мои». 
Аналогичный ответ казаки услышали и от князцов Нечи и Каляна: 
- «Пошто де вы в нашу землицу пришли, а у нас де вы не спрашиваяся острог ставите... какой де вам с нас ясак, мы де землицею владеем издеся, а мы де вам издеся не токмо де вам не дадим ясак…» 
Ново крещёный юкагир Терешкин посланный с казаками от имени русских, в ответ на предложение «дать ясаку» услышал от приморских сидячих чукчей следующее: 
- «и прежде сего руские люди у них, чюкоч, кочами морем бывали, и в то де время они, чюкчи, им, руским людем, никакова ясаку не платили, и ныне де платить не будем, и детей своих в аманаты не дадим». 
И т.д… 
Что касается случаев готовности коренных народов к добровольному сотрудничеству с русскими при первых контактах…. 
Такие факты в общей массе письменных свидетельств по данной теме, занимают не более 3-5 процентов. 
В остальном, «взаимопонимание» либо отрицается либо документально фиксируется как результат угроз и вооруженного принуждения. 

«Малочисленные группы русских» в масштабе определенного региона, были как минимум числом от нескольких сотен человек.
Которые расходились дружинами в 20-60 человек, для «ясачного сбору» и разведки. 
Однако быстро могли собираться в единый отряд для крупной войсковой операции. 
В их рядах не было математиков и поэтов, проникнутых идеями Генри Мора или мирных землепашцев, не желающих брать в руки оружие…, 
Костяк составляли наемники профессионалы, превыше всего, почитающие талант классического душегубства. 
Отнюдь не малочисленные группы, соседствовали с такими же группами в другом регионе и в случае нужды приходили на помощь. 
Добровольность комплектования отрядов и их преимущественное самообеспечение вели к тому, что среди землепроходцев, на государева служилого человека, приходилось 6-8 человек иного званья …. 
Из которых подчас целиком и состояли «вольные отряды» номинально подчиненные воеводам.
Кроме того, в некоторых регионах, на один «ведущий», находящийся на официальной службе отряд, приходилось до 10-ти групп «гулящих людей». 
Делавших на государство ту же, ясачную работу, но им не нанятых. 
Таким образом, на определенных территориях, вокруг базовых острогов, скоординировано и одновременно, действовали тысячи сообщающихся между собой человек. 
Только в Якутии (в южной и центральной современной её частях), по оценке И. Гурвича к 40-м годам XVII в. находилось более 3,5 тыс. «промышленников и торговцев», без учета людей «вольных». 
Гарнизон непосредственно самого Якутска, по данным окладных книг, насчитывал в середине – второй половине XVII в. от 400 до 900 служивых человек. 
Соответственно, к 1721 году достигнув 1507 служивых человек, что, для исчисления общего количества русских «землепроходцев» в районе, следует пропорционально увеличить как минимум в 6-7 раз. 

Якобы «слабое вооружение» русских, на деле, являлось авангардом военной техники, преимущественно изготовленной в странах Европы. 
Документы упоминают следующие виды огнестрельного оружия, употребляемого «первопроходцами»: фузея, пищаль, мушкет, винтовка (пищаль винтовальная), карабин, самопал, пистолет. 
Кроме того: крупнокалиберные картечные мушкеты, различные стационарные и переносные пушки, взрывчатку. 
Не менее прогрессивное холодное оружие: бердыши, боевые ножи, сабли, тесаки, штыки. 
Передовыми по технологиям и качеству были и защитные доспехи, кольчуги, латы и др. 
Все это при том, что огнестрельное оружие было практически не знакомо аборигенным народам Сибири. 
И уж тем более, они не имели опыта его боевого использования. 
По словам самих участников «казачьих походов», русские отряды, без потерь со своей стороны, могли нападать на отряды местных жителей, десятикратно большие их по количеству. 
Безбоязненно расстреливая тех с больших расстояний и не вступая в ближний бой. 
Слаженно действующий отряд из 20-ти бойцов вооруженный фузеями, мог предотвратить прямое соприкосновение с отрядами в 200-300 туземцев, желающих навязать ручной бой. 
А укрепившийся отряд из 100 человек, вооруженных ружьями и располагающий двумя пушками, способен был справиться почти с любым местным войском. 
Аборигены, лишенные средств ведения современных войн, являлись легкой добычей. 
Мирные люди, без практики общения с нетрадиционным, агрессивно-вероломным противником. 
Они, не имели профессиональных боевых отрядов и вооружались, как правило, холодным охотничьим оружием. 
Русский же «первопроходец» в 17-18 века, одетый в кирасу и вооруженный карабином, по отношению к туземным народам Сибири воплощал собой неуязвимый «вихрь смерти». 
Что, вовсе не означало его личных качеств, но подтверждало колоссальное преимущество, заимствованных русскими, новейших, европейских военных технологий. 

Типическим примером могут послужить «достижения» печально известного капитана Дмитрий Павлуцкого, вошедшего в анналы русско-аборигенных отношений. 
Его отряд, в составе 435 солдат и казаков, 23 мая 1731 года на берегу Ключинского залива, нанес поражение чукотскому войску из более чем 1000 человек, во главе с тойоном Наихню. 
Потери чукчей – составили около 700 убитых, потери русских– семь убитых. 
29 июня в горах центральной Чукотки отряд Павлуцкого был атакован чукотским отрядом из 1000 человек во главе с тойонами Наихню и Хыпаю. 
Потери чукчей – около 500 убитых; потери русских – 20 раненых. 
14 июля у горы Сердце-Камень произошел бой с чукотско-эскимосским отрядом из 500 человек. 
В результате, было убито 200 чукчей и эскимосов, русские потеряли одного человека убитым. 
29 марта 1731 года, отряд капитана Павлуцкого из 225 казаков с одним орудием, взял штурмом корякскую крепость на реке Парень, с более чем 6-сотнями защитников. 
Потери коряков – более 200 убитых, не считая раненых, у русских потерь не было. 
И т.д.

Касаемо «русской воинской чести», то её хрестоматийно-стандартный пример продемонстрировал другой, не менее известный участник процессов «собирания чужих земель» … 
Казачий сотник Шипицын, командир Анадырского острога с 1732 года. 
Летом 1740 года он с отрядом в 80 казаков отправился вниз по Анадырю для сбора ясака с "речных" чукчей. 
В урочище Чекаево русский отряд встретился с крупными силами чукчей. 
Шипицын пригласил, под предлогом мирных переговоров, 12 чукотских военачальников-тоенов в свой лагерь, где оных и … зарезал. 
Комментарии излишни, но именно сии образчики «государевых людишек», воплощали в себе восточную политику "великой европейской державы"… 

Тезис о бескоровном завоевании и поддержке аборигенов…, столь же зеркально далек от действительного положения вещей. 
Документальных показаний русских очевидцев и участников событий о кровожадности, садизме и беспричинности насилия над аборигенными народами, так много, что их не пытается оспаривать официальная историография. 
Не менее значимы и незаинтересованные подтверждения европейцев. 
Когда каждый посетивший Арктическо-Сибирский регион путешественник, купец или посланец, с омерзением сообщает нам о выходящих за рамки понимания, бессмысленных зверствах, совершаемых здесь от имени русского государства. 

Сопротивление агрессии было отчаянным и повсеместным, даже со стороны традиционно не воинственных народов. 
Нескончаемая вплоть до начала 20-го века, череда восстаний местного населения и их жесточайшее подавление по методу «выжженной земли в назидание потомкам». 
Донесения воевод, челобитные казаков пестрят сообщениями о военных стычках буквально со всеми народами: 
- «А с ними де бои были у них беспрестанные, в одну пору приступали к их зимовью тунгусов человек с семьсот и больши…» 
- «…В пятницу пришли к ним… горбиканской земли князец Ковыр, а с ним девятьсот человек. И оне с ними билися. И казаков у них ранили осьми человек, а девятого убили до смерти». 
Подобные свидетельства составляют главную массу «челобитных» и отчетов с мест для центральной русской власти до 18-го века. 
Являясь одной из основных тем, в описании русско-аборигенных отношений, к началу века 20-го... 
Пожалуй, не было народа, племени или рода не пытавшегося бороться против захватчиков, порой, вплоть до своего полного уничтожения. 
Вопрос, скорей в том, сколько раз их возмущение принимало вооруженную форму и чем заканчивалось в итоге... 
Упомянем лишь некоторые восстания, дающие представление об общих тенденциях на оккупированных территориях Арктическо-Сибирского региона… 

Долгое время, до 1644 г., сохраняло суверенный статус Кодское княжество, возглавляемое князьями Алачевыми, периодически оказывающее явное или скрытое сопротивление русской экспансии. 
После покорения Пелымского княжества в начале XVII-го века, там состоялись как минимум три известных, крупных восстания, в 1611, 1630 и 1654 годах. 
А отдельные группы местного населения, поднимали восстания в Западной Сибири на всем протяжении XVII в.: 
Волнения вогулов на Конде в 1606. 
Осада Берёзова пелымскими вогулами и сургутскими остяками в 1607. 
Выступление остя­ков и татар против Тюмени в 1609. 
Вогулов - против Пелыма и Верхотурья в 1612. 
Остяков и самоедов — про­тив Берёзова в 1665. 
Восстания нижнеобских остяков и самоедов 1662-63 годов, начала XVIII в. и т. д. 
Вплоть до 60-х годов XVIII в., северные остяки и самоеды под началом своих князей, активно противостояли русским. 
Таким образом, что их власть в удаленных районах не признавалась даже номинальной. 

После падения Югры и Коды, Обдория в течение почти столетия оставалась постоянным источником «смуты». 
В начале XVIII в., в Обдории еще не завершилось полное военное подчинение туземцев, особенно кочевых тундровых самоедов. 
А свою частичную независимость Обдорское княжество с династией Тайшиных и Куноватское, князей Артанзеевых сохраняли почти до конца XIX в., именно благодаря общенародному неприятию русского колониализма. 
Тундровые самоеды, кочевавшие от Печоры на западе до Таймыра на востоке, неоднократно совершали нападения на ясачных сборщиков, промышленных и торговых людей, на русские зимовья и даже Обдорск (1649, 1678/79 годов и т.д.). 


Подкаменная и Нижняя Тунгуски, Пясина, Хета и Хатанга… 
Подчинение и объясачивание обитавших здесь кочевых самоедов и тунгусов затянулось на весь 17-й век. 
Причем «юрацкая пуровская самоядь» и некоторые северные тунгусские племена боролись с русской экспансией до 19-го века. 
Жившие к востоку от Енисея в Западном Приангарье тунгусы оказывали действенное вооруженное сопротивление вплоть до 1640-х гг. 
В дальнейшем, до начала XIX в., часть тунгусов, от кочевавшая в отдаленные таежные районы, стремилась минимизировать контакты вообще с русскими поселенцами. 
В 1683 г. котуй-путоранские тунгусы, разгромили Есейское зимовье и откочевали на Оленек. 
Откровенный грабеж коренного населения, привел к восстанию алданских эвенков (зима1639 / 40 года). 

Башкиры, подымают крупные антирусские восстания 1662—64 и 1681—83 года. 

В 1628—29 годах происходят крупные восстания тарских, барабинских и чатских татар. 
А в 1662 г.— части татар и вогулов. 
Отношения с княжествами телеутов (улус Абака, его потомков и другие) из первоначально союзных (договора 1609, 1621) переросли в стабильно враждебные, когда те принимают участие в татарском восстании 1628—29 года и др. 

Государства Енисейских кыргызов (Езерское, Алтысарское, Алтырское и Тубинское княжества), систематически совершали нападения на русские и ясачные волос­ти Томского, Кузнецкого и Красноярского уездов, в том числе осаждали Томск (1614), Красноярск (1667, 1679, 1692), Кузнецк (1700), сжигали Абаканский (1675), Ачинский (1673, 1699), Канский (1678) остроги. 
Даже потеряв контроль над Северным и Центральным Енисеем, они в последующем, более века, вплоть да 1707-1718 г., силой оружия останавливали продвижение русских отрядов в Южную Сибирь. 
Только когда в 1703-06 годах, джунгары переселили в свои земли большую часть енисейских кыргызов и алтайских телеутов, ситуация изменилась. 
Русская сторона, в течении 12 лет, поголовно уничтожив оставшиеся малочисленные группы, наконец заняла освободившуюся территорию. 

Буряты Прибайкалья (булагаты, ашехабаты, икинаты, эхириты, хонгодоры, хоринцы, готелы), в отличии от большинства народов, встретили русских относительно миролю­биво. 
Но из-за грабежей и насилия, учиненного казаками Я.И. Хрипунова и красноярской казачьей вольницы в 1629, взялись за оружие. 
В 1634 буряты разгромили отряд Д. Васильева и уничтожили Братский острог. 
В 1636 осаждали Братский. 
В 1644 — Верхоленский и Осинский остроги. 
В 1658 значительная часть икинатов, ашехабатов, булагатов, эхиритов и хонгодоров, подняв восстание, бежала в Монголию. 

Тунгусы Северо Востока и Якутские роды (бетунцы, мегинцы, катылинцы, дюпсинцы, кангаласцы и другие) пыта­лись оказать сопротивление казачьим отрядам. 
Восстание Мымака 1634 г. 
1632—37 годов – восстание кангаласских якутов. 
«Великая шатость» имела место в то же время на Олекме, где «якутские и тунгусские люди многих русских промышленных людей на соболиных промыслах побили» 
В 1641 г. восстание верхоленских тунгусов. 
В 1642 г. крупнейшее выступление якутов. 
Восставшие перебили несколько отрядов ясачных сборщиков и осаждали Якутский острог. 
В 1674 г. произошло мощное восстание тунгусов Киндигирского и Челкагирского родов, сопровождавшееся истреблением отдельных отрядов служилых людей и промышленников, попытками уничтожить все их опорные пункты. 
1675-1676 гг. восстание Балтуги Тимиреева на Вилюе. 
В 1680 г. многочисленные волнения против объясачивания в Якутии... 
1681 – 1682 восстание под предводительством Дженника. 

Действия поярковцев и хабаровцев, среди которых преобладала казачья вольница, вызвали вооруженный отпор дауров и дючеров, разгромивших казаков в 1658 у устья Сунгари. 
После чего эти народы ушли в Манчжурию. 

Охотские тунгусы-ламуты. 
Уже первое знакомство с ними отряда И. Ю. Москвитина ознаменовалось несколькими вооруженными столкновениями в 1639–1640 гг. 
Участник похода Н. Колобов сообщал, что с ламутами «бои были у них беспрестанные» и ясак брали «на погроме за саблею». 
В дальнейшем на протяжении всей второй половины XVII в. русским с боями пришлось покорять ламутов, которые то вносили ясак, то выходили из подчинения и брались за оружие, уничтожая даже крупные отряды служилых и промышленных людей и захватывая русские остроги и зимовья 

 

Курильские острова…

В 1711 году камчатские казаки Иван Козыревский с Данилом Анциферовым, затеяли бунт против властей, в ходе которого убит известный «землеходец», государственный приказчик Владимир Атласов, начальник Камчатского края Осип Миронов и посланные на смену Атласову приказчики, Петр Чириков с Осипом Липиным.

В августе того же года, казачьи атаманы, соверщая вольный разбойный рейд, первыми из русских высадившись на Курилах, разграбили на островах Шумшу и Парамушир несколько поселков, но были вынуждены отступить под натиском местных жиотелей Айнов, напрочь отказавшихся от уплаты ясака и «подданства».

Летом 1713 года отряд Козыревского, в составе пятидесяти пяти казаков с «огненным боем» и группы вооруженных промышленников, вновь отправился на Шумшу и Парамушир, где Айны дали им три больших сражения, были разбиты, но так и не признали  над собой власть России.

К слову сказать, что видимо под впечатлением от подобных «экспедиций», в 1717 году сам И. П. Козыревский принимает монашеский постриг.

 

Сопротивление против агрессии на Дальнем Востоке было характерным для Зауралья вообще. 
Но, именно здесь, механизм русской колониальной экспансии, стал давать первые, очевидные для всех, системные сбои. 
Ительмены… 
К концу первой четверти XVIII в. окончательно объясачеными оказались племена лишь на р. Камчатке и Большой. 
Остальные же ительмены и особенно «курильские мужики» активно пытались оказать вооруженное общенародное сопротивление в 1707—11 и 1731 году. 
Далее относясь к категории «немирных иноземцев». 
С 1700 по 1725 г. удалось насчитать по меньшей мере 40 русско-ительменских столкновений. 
Причем 15 раз – нападали самих ительмены, в том числе три раза нанеся русским крайне ощутимые удары (взятие и сожжение Большерецкого острога в 1707 г., разгром отряда И. Харитонова на р. Большой в 1710 г., уничтожение отряда Д. Анциферова в 1712 г. на р. Аваче). 
Летом 1731 г. восстание ительменов, охватило всю южную половину Камчатского полуострова. 
Восставшие захватили Нижнекамчатский острог, чуть ли не поголовно перебив его гарнизон и жителей. 
Почти целый год, до мая 1732 г. казаки при помощи бывшей в то время на Камчатке морской экспедиции под командованием штурмана Я. Генса подавляли «бунтовщиков». 

Попытки объясачивания коряков и чукчей, оказались принципиально безрезультативными, а некоторая их часть не признала власти русских до начала 20 –го века. 
Г. Ф. Миллер в одной из своих работ по поводу стойкого нежелания чукчей и коряков идти в русское подданство, отметил, что даже демонстративные казни казаками взятых в плен заложников на глазах у их непокорных родственников не приводили к согласию платить ясак. 

В 1648 году коряки уничтожили военную экспедиции во главе с Ф. Поповым. 
В 1650-х – первой половине 1660-х гг. отряды землепроходцев (М. В. Стадухина, С. И. Дежнева, Ф. А. Чюкичева, П. Ф. Травина, К. А. Иванова, И. Ермолина) имели столкновения с коряками на Аклане[x], Пенжине, Гижиге, южнее Анадырского лимана, в районе Анадырского острога. 
В 1669 г. уничтожены два отряда пошедшие в корякскую землю, К. Дмитриева и И. Ермолина. 
В 1680 г. коряки впервые пытались захватить русское зимовье на Пенжине. 
В 1680–1690-х гг., 10 русских походов сопровождались серьезными вооруженными столкновениями с коряками на реках Яма, Иреть, Пенжина, Аклан, Апука, Олютора. 
В 1699 г. уничтожены отряды Л. Морозко и П. Сюрюкова. 
В 1705 г. алюторы разгромили отряды Ф. Протопопова и В. Шелковникова, а в 1709 г. – отряд И. Панютина. 
В 1715 г. апукинцы уничтожили отряд А. Сургутского. 
В том же году объединенными усилиями коряки вынудили казаков покинуть только что построенный Архангельский Олюторский острог и сожгли его. 
По частоте вооруженных столкновений, русско-корякское противоборство достигло наибольшей остроты в конце первого – начале второго десятилетия XVIII в.: с 1708 по 1716 г. отмечено 24 столкновения!!! 
Причем «чаша весов» все более склонялась в пользу коряков. 
Ситуация усугубилась восстанием юкагиров в 1714–1715 гг. 
В марте 1715 г. анадырский приказчик П. Татаринов отправил в Якутск паническое донесение: 

- «а ныне де живут они, Петр со служилыми людьми, в Анандырском от тех изменников юкагирей и от акланских и от оленных коряк в осаде. 

А на тех изменников, юкагирей и коряк, в поход для выручки великого государя казны без присылки из Якуцка и с рек ратных людей и пороху и свинцу, за малолюдством служилых людей, никоими делы идти невозможно, потому что в Анандырску ныне их служилых малое число, и то старые и увечные; так де и на Камчатку, не умиря и не утвердя по прежнему к Анандырскому острогу оных изменников, идти не мочно, понеже оные изменники ныне камчацкую дорогу заперли». 
В 1745 г. значительная часть коряков, подняла восстание, охватившее практически всю «корякскую землицу». 

Особо необходимо выделить, отдав должное государству и народу Чукчей или Луораветлан! 
Приказчики Нижнеколымского острога попытались организовать против колымско-алазейским чукчей не желавших платить ясак, в 1648–1659 гг. несколько военных походов. 
Которые не дали желаемого эффекта, приведя к эскалации военных действий. 
Чукчи не только отказывались платить ясак, но и предприняли ряд походов против русских, принудив тех к обороне. 
До конца XVII в. произошло 20 взаимных нападений между русскими и чукчами, не менее 9 из которых закончились вооруженными столкновениями. 
При этом чукчи выступали актакующей стороной 11 раз, в том числе 8 раз подступали к Нижнеколымскому острогу и держали его гарнизон в блокаде (в 1653, 1656, 1659, 1662, 1678, 1679, 1685, 1687 гг.) 
В декабре 1688 г. близ залива Креста чукчам удалось уничтожить отряд анадырского приказчика В. Ф. Кузнецова, погибли 12 казаков и 18 промышленников. 
В 1689 г. чукчи собирались уже идти под «Анадырский острожек и ясачное зимовье взять». 
В этом же году они убили посланных к ним «по Анандырю реке к морю… для ясашного костяного збору» ясачных сборщиков. 
Вооруженные столкновения русских с чукчами отмечены также в 1690, 1691 и 1692 г. 
И только принесенная русскими эпидемия оспы 1691 – 1693 годов сделала их хозяевами нижней Колымы. 
Оставляя заражённые стойбища, чукчи откочевывают на восток. 
Однако уже в 1710 г. анадырские казаки жаловались в Якутске: 
- «Из того де Анандырского острогу служилые люди и ясачные юкагири плавают по Анадырю вниз для промыслу оленей; и тех де служилых людей и ясачных юкагирей немирные чюкчи побивают и жен и детей берут в полон. 
И ныне де у тех чюхоч в полону казачьи дети есть, в разные годы те чюкчи под Анандырской острог подходили во многолюдстве, 
Анандырской острог хотели взять и служилых людей побить, и по вся годы острог разорить хвалятца; и от тех де чюхоч анандырским служилым людем и ясачным юкагирям жить вельми опасно...». 
В 1725 г. чукчи уничтожили на Анадыре отряд морехода и промышленника П. Нагибина 

В 1727 г. по инициативе якутского казачьего головы Афанасия Шестакова Сенат Российской империи утвердил "мнение": 
- "Иноземцев и которые народы сысканы и прилегли к Сибирской стороне, а не под чьею властию, тех под российское владение покорять и в ясачный платеж вводить". 
На Чукотку отправили экспедицию численностью в 400 солдат и казаков, во главе которой Шестаков. 
Начальником военной команды определен капитан драгунского полка Дмитрий Павлуцкий. 
В 1729 г., разделив силы на два отряда, увеличив их численность более чем в три раза за счет местных «резервистов», Шестаков и Павлуцкий принимаются покорять Чукотку. 
Чукчи, вооруженные лишь стрелами и копьями с костяными наконечниками, оказывают русским ожесточённое сопротивление. 
В марте 1730 г. они разгромили отряд Шестакова, убив самого казачьего голову. 
Отряду Павлуцкого чукчи дали три, по дальневосточным меркам, огромных сражения, в которых обе стороны понесли серьезные потери. 
После чего чукчи перешли к активным партизанским действиям. 

4 июня и 6 июля 1740 года указами кабинета министров и сената предписывалось Анадырской партии: 
- «итти на немирных чюкч военною рукою и всеми силами стараться не только верноподданных Е. И. В. коряк обидимое возвратить и отомстить, но и их чукоч самих в конец разорить и в подданство Е. И. В. привесть.» 
18 февраля 1742 года по предложению иркутского вице-губернатора Л. Ланга сенат издал указ, который гласил: 
- «на оных немирных чюкч военною оружейною рукою наступить, искоренить вовсе, точию которыя из них пойдут в подданство Е. И. В., оных, также жен их и детей, взять в плен и из их жилищ вывесть и впредь для безопасности распределить в Якуцком ведомстве по разным острогам и местам между живущих верноподданных» 


В 1744-1746 гг. Павлуцкий, произведенный в майоры, с командой в 500-650 человек совершил три безрезультатных похода на Чукотский полуостров. 
В марте же 1747 г. у Анадыря чукчи разгромили отряд Павлуцкого. 
В сражении погибли сам майор, 40 казаков и 11 мобилизованных коряков. 
Чукчам удалось захватить оленей анадырского гарнизона, оружие, боеприпасы и снаряжение отряда Павлуцкого, в том числе одну пушку и знамя. 
Этот разгром произвел ошеломляющее впечатление на русские власти. 
Сенат и Сибирский приказ спешно приняли решение о переброске в Анадырь дополнительных войск. 
С 1748 по 1755 г. Анадырская партия провела семь походов на чукчей, не заходя, вглубь Чукотского полуострова. 
В середине 1750-х гг. становиться окончательно очевидной бесперспективность попыток подчинить чукчей путем эпизодических карательных походов…. 
В то время, как планы по строительству на их территории русских крепостей оказались совершенно невыполнимы. 
Иначе говоря, стратегически, война русских в отношении чукчей была проиграна…. 
И наконец, после цепи кровавых и трагических событий, в сенатском докладе Екатерине II, звучит: 
«В разсуждении лехкомысленного и зверского их (аборигенов) состояния, також и крайней неспособности положения мест, где они жительство имеют, никакой России надобности и пользы нет и в подданство их приводить нужды не было». 

Признав, что крепость Анадыря "бесполезна и народу тягостна", в 1765 г. из него начинается вывод гарнизона, числом более 600 солдат и служивых казаков, до тысячи горожан и до двух тысяч сопутствующего «вольного» населения в округе . 
После их окончательного расселения в Гижигинской и Нижнеколымской крепостях, в 1771 году крепостные укрепления Анадыря разрушаются. 
Форпост русской власти на северо-востоке Сибири перестает существовать, что означает фактическое поражение России. 

Таким образом, Чукотские княжества, возглавляемые племенными тойонами, русская империя за 150 лет войн, не смогла ни покорить, ни даже обложить данью… 
Даже в середине XIX века в своде законов Российской империи указывается: 
- "чукчи народ не вполне покорённый, на своей территории управляются и судятся по собственным законам" и "ясак платят количеством и качеством какой сами пожелают и когда пожелают". 
В 1885 году капитан А. А. Ресин, присланный с инспекцией, писал: 
- "В сущности же весь крайний северо-восток не знает над собой никакой власти и управляется сам собой"... 

Именно чукчи, вместе с азиатскими эскимосами, коряки и отчасти ительмены, оказали русским наиболее упорное и ожесточенное сопротивление. 
Их подчинение и присоединение их земель растянулось на длительный срок: 
- ительменов и коряков удалось «окончательно примирить» только к концу XVIII в., т.е., более чем через сто лет после начала оккупации их земли, 
- а чукчи, формально объявленные российскими подданными в 1789 г., сохранили свою фактическую независимость до 1920-х гг. 

…Менее чем за 50 лет с момента русского контакта с обитателями Чукотки (вторая половина XVII – первая четверть XVIII вв.,), совершилось, учитывая исключительно крупные (!) вооруженные столкновения: 
- 33 с чукчами, 
- 50 с коряками, 
- 41 с ительменами. ….. 
Причем, мы видели, что ровно тоже произошло с остальными народами Сибири и Арктики… 
Полтора столетия непрекращающихся освободительных войн с русским колониальным государством…. 
…В которых за независимость от русской империи бились несколько поколений коренных, исконных граждан, государственно образующих народов… 
Таким образом, можно утверждать, абсолютное несоответствие фактическому положению вещей, тезиса «о добровольном отказе аборигенов от суверенитета и государственности в пользу России». 
Который, на ряду с теорией «соглашательства, пацифизма и непротивления со стороны местных народов», является не более, чем очевидной, сознательной и преднамеренной ложью. 

P.S. Сопротивление в «русской» Америке… 
Будет не верным закончить тему отпора русской экспансии в регионе, не помянув Аляску…. 
С которой связан один из самых больших мифов: 
- «Возможно, недостаточно мотивированная продажа Америке русской территории Аляски, которая в будущем может рассматриваться государственной ошибкой» … 

Периодически происходящие по данному поводу «потешные бои» в среде историографов и политиков, в сущности, не на чем не основываются… 
Поскольку местная ситуация в корне отличалась от «сибирской» и все, чем побеждало русское государство там, …здесь уже не работало… 
К моменту появления русских, восточные народы Аляски встречались с европейцами и самое основное, могли приобретать у тех огнестрельное оружие, которое ранее было категорическим преимуществом русских. 
Единственным, хоть и ненадежным «козырем», оставалась палубная и наземная артиллерия, а так же профессиональные солдаты. 
Эскимосы и индейцы, имевшие связи с азиатскими соседями, были информированы о целях и методах русского «освоения». 
А потому, не испытывали иллюзий по поводу целесообразности «вечного холопства государева и хождения под его высокую руку». 
Кроме того, они были лучше самоорганизованы и имели больший военный опыт. 
Русские «первопроходцы» это понимали и долгое время избегали территорий, где им систематически давался достойный отпор. 
Так, с момента открытия Дежнёвым в 1648 году, Аляски со стороны Сибири, до постройки экспедицией Беринга в 1772 году на алеутской Уналашке, первого русского торгового поселения, прошло более 120 лет. 
В 1745 году компания купца А. Ф. Чебаевского во главе с мореходом М. Неводчиковым и передовщиком Я. Чупровым впервые вошла в контакт с алеутами. 
Устроившись на зимовку в бухте на о. Атту, промышленники из артели Л. Беляева разграбили и уничтожили два алеутских селения, оставив в живых только молодых женщин — «для услуг». 
Отсюда и берут свои истоки множественные восстания алеутов, особо значительным из которых было восстание на Лисьих островах. 
Где, в 1763—1765 гг., когда были почти полностью уничтожены экипажи четырёх купеческих судов. 
А в результате карательного рейда промышленники уничтожили более 5 тысяч алеутов, включая женщин и детей. 


Однако, материковые индейцы оказались гораздо более боеспособными и подготовленными к визиту. 
Только в 1795 году крупные отряды русских промышленников и солдат, с постоянными боями продвигаются до Якутата, основывая в 1799 году первую, Михайловскую крепость 
Однако уже через 3 года, весной 1802 года, тлинкиты захватывают и сжигают её. 
В 1804 происходит еще одно крупное столкновение с индейцами, окончившееся не в пользу русских, а в 1805 году пала крепость Якутат. 
За последовавшие 60 лет после русско-индейской войны, ситуация принципиально не менялась, везде полыхали восстания, усугубляющиеся жестокостью русских и растущим объемом огнестрельного оружия у коренных народов. 
Сопутешественник Резанова, Георг Генрих фон Лангсдорф, писал, что его соотечественников «аборигены ненавидели повсеместно и при первой же возможности убивали». 

Чаша весов все уверенней склонялась в сторону аборигенов… 
Прибыли купцов и государства падали, поскольку материковая Аляска ясак платить не желала. 
А на островах и побережье, русские промышленники вконец уничтожали популяции ценных животных, как например Стеллерова корова или подрывали их на многие десятилетия. 

Более того, на Аляску стали массово проникать переселенцы и промышленники, граждане европейских стран и США, не желающие признавать юрисдикцию России. 
В начале 1860-х годов, на «российской территории» в южной части арх. Александра, несмотря на формальные запреты администрации, активно начинают селиться британские колонисты. 
Кроме того, Аляска становиться «прибежищем» религиозных сектантов. 
Так, в 1857 г. н Э. А. Стекль сообщал в Петербург о возможной эмиграции представителей мормонов из США в «русскую» Америку. 
Стекль писал, что в случае массового переселения американских сектантов на Аляску перед русским правительством встанет альтернатива: оказать вооруженное сопротивление или отказаться от части своей территории. 
Таким образом, на Аляске, во второй половине 19-го века, повсеместно сформировалась тенденция потери контроля со стороны России. 
Нарастало качество вооруженных выступлений аборигенов и число не подконтрольных, европейско-американских переселенцев. 
Русское государство практически более не могло управлять этой колонией или получать из её использования казенную прибыль. 
Перспективой чего, являлось неизбежное выдавливание России, с потерей оной, международного имиджа. 
А так же, возможность вооруженных конфликтов с рядом стран, скрытно поощрявших расселение своих колонистов на Аляске. 
Что в условиях постоянного туземного сопротивления в Сибири и Дальнем Востоке, могло привести к цепной реакции освободительных войн. 

Подведем «итог» … 
Аляска, не являлась частью России и не контролировалась русским государством, оказавшимся неспособным превратить её в полноценно зависимую колонию. 

Не смотря на русско-американскую и англо-русскую конвенции, все заявления русских властей о разграничении зон интересов с другими "игроками" в регионе, по факту так и остались декларацией. 

К 1867 году, у российской империи, практически не существовало альтернатив паническому бегству с данной территории. 

Относительно «продажи»…,  все больше подтверждений, находит версия отсутствия самого её факта … 
Крайне вероятно, что 7 200 000 объявленных долларов, якобы выплаченных Америкой России, являлись сугубо виртуальными суммами, которые никто не собирался платить или получать...

Стратегическую целесообразность данного шага сложно отрицать.
Россия, выплюнув то, что уже не могла проглотить, благоразумно избегала распыления сил, тем самым сохранив критический уровень контроля над колониями Восточной Сибири.

А США, в обмен на содействие оной в "сохранении лица", даром и бескровно получили новые территории.

Которые в любом случае достались бы им, но иллюзия "акта покупки", позволяла в дальнейшем избежать претензий на них со стороны Англии и Франции.

И наконец патриотам-ревнителям, вовсе не следует посыпать голову пеплом от упущенной нами, «золотой выгоды".

Поскольку, открытые через 20 лет после данной сделки, месторождения Фербенкса - Юкона....

...На самом деле никогда не принадлежали России, находясь в значительном удалении от Русской Америки!!!!
Одним словом, сплошной исторический "Упсс...".


Касаемо аборигенов Аляски....

…Как бы не сложилась дальнейшая судьба, они заслужили мир и уважение уже тем, что кровавый монстр перемоловший судьбы наций от Урала до Тихого океана, не смог поставить их на колени ....