О НЕКОТОРЫХ АСПЕКТАХ МЕТОДОЛОГИИ СОЗДАНИЯ РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ СИБИРИ

 

Не секрет, что подлинная документальная история России, была благополучно уничтожена во времена правления т.н. «династии Романовых».

А подавляющее количество свидетельств, подтверждающих её «общепринятую» версию, «обнаружено» немецкими «подвижниками» русской историографии, господами Г. З. Байером, А. Л. Шлецером, Г. Ф. Миллером и иже с ними. 

Кои, в вельми неожиданных местах, массово находили еще более странные «подлинные источники, древности письменные памятники». 
Затем, абсолютно не понимая языков оригинала, непонятным образом…, снимали с них «списки-копии» … на немецком языке…. 
…После чего, этот «оригинал» всенепременно и крайне надежно теряли…. 
Кто, как, где…, обычно следовала ссылка на пожары, наводнения и иные, «не выясненные причины» … 
Особо отметим, что и самих этих «оригиналов списка» с якобы найдено-потерянного «оригинала», в большинстве, так же не существует… 
Установилась некая абсолютная имперская традиция, кою достойно продолжили «лидеры» коммунистической и современной нам РФ. 
Историю как таковую, вообще стало не принято изучать и объективно описывать, её полагалось именно писать «с чистого листа»! 
«Ученым» от власти, задавался некий вектор, к которому те собственно и приноравливали любые факты, «наполняя абрис содержанием». 
Посему, на настоящий момент, древняя и новая история России напоминает скорей пакет, не имеющих контекста, бездоказательных, псевдонаучных лозунгов и вздорных фантазий. 

История экспансии России в Арктике, Сибири и Америке, благодаря занятиям вышеуказанных господ, так же оказалась фальсифицирована практически целиком. 
Сегодня, по данной теме, не существует даже общей, логико-хронологически последовательной концепции. 
Хотя, разумеется, на местах и в закрытых федеральных запасниках, присутствуют множественные данные археологических, этнографических, культурологических и историографических исследований. 
Однако они крайне отрывочны, сегментарно разрознены и сознательно игнорируются официальной российской наукой. 


Сложно сказать, с чего конкретно начиналось написание русского варианта истории для захваченных государств Северной и Северо-Восточной Азии. 
Кои были искусственно объединены "русской исторической наукой" в некое аморфное, ранее не существовавшее понятийно-географическое образование, «Сибирь» …. 
И тут вероятно, следует упомянуть, не называя историком, тайного советника, г-на Татищева. 
По роду службы лично участвовавшего в пытках и подписывавшего смертные приговоры за переход из Христианства в Ислам. 
Отданного под суд за взяточничество, «высочайше помилованного» в 1734 году и назначенного для «размножения заводов» на Урале. 
С его якобы найденной в Далматовском монастыре "Историей Сибири" от некоего ротмистра Станкевича. 
«Написанной в 1626 году», собственноручно дополненной и продолженной Василием Никитичем "до наших времян", как он сам и утверждает. 

Разумеется, что оригинал «летописи», по «снятию с него списка», исчез и более нигде не фигурировал, иначе как в копиях татищевских копий-списков. 
Которые после смерти Татищева …, были «нежданно утеряны в огне», ну и т.д. 
Даже для современников, безыскусная нелепица его подлогов была слишком очевидна, чтобы воспринимать оного, серьезным мастером исторических мистификаций… 
Смеха ради, только упомянем, что сестра «первого русского историка» Прасковья Никитична Татищева, была замужем… за ротмистром…, смоленским шляхтичем…Иваном Юрьевичем Станкевичем, 1693 г. р… 

Посему, основоположником «официальной Сибирской историографии» без колебаний следует указать именно Герхарда Фридриха Миллера, 1705 года рождения…. 

"Человека"... откровенно поставившего вопрос о приоритете «государственной пользы» в русско-аборигенных отношениях.

Именно данный господин, опередив идеологов фашизма,  впервые "научно" обосновал беспочвенность моральных сомнений русского шовинизма.
Заявив о якобы исторической и культурно-этнической неполноценности колонизированных народов и как следствие..., априорном отсутствии у них прав на собственную государственность...
Отметим одно, сей "пытливый исследователь" принципиально "не перегружает" собственные революционные выводы ссылками на независимые, проверяемые источники или имеющиеся фактические данные.
Тунгусо-маньчжурский, фарси, согдийский, арабский, монгольский, китайский, тюркский и другие письменные языки…
Вопрос об их многовековом  присутствии в регионе,  даже не поднимается.

Что впрочем, легко объяснимо, ведь сам "профессор истории" не знал ни одного из языков, на котором в дорусской Сибири велись летописи и общались люди.

Более того, Миллер, до конца жизни так и не выучился без ошибок разговаривать хотя бы на русском… 

 

Тема, кою чрезвычайно не любят поднимать биографы...., касается личного образования упомянутого "ученого".

Поскольку, оное, ограничивается обычной школьной программой в церковной гимназии заштатного городка Херфорд и одним, неполным 1724 годом, проведенным в Лейпцигском университете на неоконченных курсах.... 
При том, что средняя продолжительность обучения там составляла 4-5 лет…., это менее чем ничего.... 

Однако в 1725 году,  бросив едва начатую учебу, он приезжает в Россию… 

Вольный, половозрелый неуч, симпатяга-авантюрист, ищущий приключений и непременно богатую невесту… 
Именно такую причину посещения Санкт-Петербурга указывает сам Миллер в автобиографических записках… 
Благодаря сватовству к дочке Иоганна Даниэля Шумахера и должному покровительства с его стороны… 
В возрасте 20 лет г-н Миллер становится адъюнктом…, действительным членом академии наук и художеств … 
Воистину сей «Wunderkind», показатель уровня профессионализма и морали русской науки того периода. 
Документально зафиксированы архивными данными и личной перепиской, хронические психические заболевания, коими страдал Миллер. 
Это не поддающиеся лечению тяжелейшие шизофренические расстройства, с припадками безумия продолжительностью до нескольких недель, сопровождаемые приступами неконтролируемой параноидальной паники, когда он не узнавал окружающих. 
Что, отнюдь не помешало ему стать полноправным участником т.н. «Великой северной экспедиции» 1733 – 1743 гг. 

 

Об этом, беспрецедентном по дороговизне «научном предприятии», на самом деле, почти ничего не известно.

Его результаты, так же, как и результаты предшествовавшей сибирской экспедиции Мессершмидта, даже не были переведены на русский язык.

Миллер и его коллеги перед отъездом получили высочайшую аудиенцию, рекомендации и инструкции.

Однако, уже через два года, после прибытия в Сибирь, он, начинает регулярно просить о своем возвращении.

В ответ получая традиционный, приказ-предписание оставаться на месте, под страхом смерти.

От него ждут результата, который тот не в силах представить.

И только через 10 лет, необычная экспедиция, сделав крюк по нынешней территории Казахстана и части Сибири оканчивается волей воцарившейся императрицы Елизаветы.


Что же такое, эта «История Сибири», объявленная грандиозным результатом экспедиции, ставшая хрестоматийным понятием и сделавшая Герхарда Фридриха столь знаменитым ….

Прежде всего, отметим, что путешествовал «академический отряд» по основным русским городам Сибири.

Полевые же работы п, представляли собой, в основном, наблюдения из окна кареты, во время путешествия между оными…

Несколько попыток раскопок могильных курганов, так и остались исключением из правил, поскольку не дали никаких известных результатов.

По признанию его самого, «История Сибири» составлена на основе переписок из ясачных книг, актовых материалов, ревизий и народного фольклора городского населения.

То есть чрезвычайно малодостоверные статистико-бюрократические данные от заворовавшихся воевод и наместников.

Которым «и хода дать невозможно», потому как изложение в них прямо противоречит создаваемой государственной исторической концепции.

Плюс сплетни и «сказки», кои казаки, успели сложить о Сибири к данному периоду.

 

Никаких независимых свидетельств со стороны других стран или самих аборигенов.

Только взгляд из-за крепостных стен, с позиции русского правительства на проблемы получение дивидендов в результате военно-экономического «освоения» Сибирско-Арктического региона….

Население, которого де составляют, неисторические народы, чье существование не имеет смысла….

Являющие собой «низшую расу дикарей», не желающих принять оказанную им Россией честь…, стать её вечными рабами и данниками.

Миллер утверждает отсутствие в Сибири культуры и истории в принципе, как таковой, до приходу русских.

Целиком и полностью одобряя грабительски-карательную политику русского государства по отношению к аннексированным сибирским государствам и аборигенному населению.

Оправдывая и считая любые деяния русских, благом для местных народов.

За стержневую основу «Истории Сибири», взята идея маниакального имперского мессианства и величия русских государственных интересов.

В то время, как само повествовательно-хронологическое обоснование, построено с использованием пересказанных в вольной интерпретации, более ранних «летописей».

…Которые судя по множеству косвенных признаков, Миллер получил отнюдь в не в Сибири, а гораздо позже, в архивах С-Петербурга и Москвы!

В том числе и потому, что, основными источниками в написании «Истории Сибири» он называет «обыкновенные сибирские летописи» («Есиповская - Киприановская») и «особую» - «Тобольскую («Ремезовскую) летопись».

Представляющие, не что иное, как официальные версии, повести-отчеты «с мест», для центральной власти….

Наравне с «обыкновенными летописями», Миллер неоднократно цитирует, ссылаясь на книгу «Северная и Восточная Тартария».

Политика, картографа и амстердамского бургомистра Николаса Витсена, посещавшего в составе посольства Россию и имевшего с ней постоянные связи.

Даже не предполагая, что и эта книга вероятно является свободным переводом на голландский язык, части русского сочинения конца XVII - начала XVIII в.

Авторство, которого приписывается Никифору Даниловичу Венюкову, подьячему Посольского приказа….

«Описание Новыя земли, сиречь Сибирскаго царства, и Московскаго государства» («Описание Сибири»).

Которое в свою очередь, есть список-трансляция еще более раннего произведения…

 

И так, …обратимся «к истокам» …

37 лет после предполагаемой смерти Ермака, в 1585 г., нет никаких упоминаний о его существовании и завоевании оным царства Сибирского.

О походе Ермаке молчат церковные и государственные архивы, сегодняшняя археология и иностранные источники.

Как один из множества примеров…, Исаак Масса, подробно рассказывая о русских в Сибири конца XVI века, событиях в Московии и географии земли Самоедов.

…Ни единым словом не упоминает атамана Ермака и его сподвижников.

 

И вот…., однажды…

В 1622 г. первый сибирский архиепископ Киприан Старорусенков, на второе лето после прибытия в Тобольск:- ««повеле разпросити казаков, како они приидоша в Сибирь, и где с погаными были бои, и ково где убили погании в драке».

На что, «казаки же принесоша к нему написание, како приидоша в Сибирь, и где у них с погаными бои были, и где казаков и какова у них имянем убили».

Безосновательно предполагать автономное создание «написания», как акта народного творчества, без «благословения» на то, властей.

Писать в те времена свои тексты, было делом крайне дорогим, опасным и бессмысленным.

Предполагается, что «написание», есть по сути сборник устного фольклора, стилизующего специально вводимый в повествование эталонный для «новых земель» человеческий тип.

В любом случае, свое первичное письменное оформление он получает через Киприана в виде т.н. «Кунгурской летописи».

Исполненной отчасти разбойным жаргоном, в стиле казачьей романтики, с не плохими иллюстрациями.

На основании все того же «казачьего», но уже «облагороженного» «написания» для Тобольской Софии был составлен и церковный Синодик.

Текст, которого представляет собой сжатый конспект событий похода Ермака.

Характеризуя его, исключительно добрым Христианином, беззаветно бьющимся за Веру с «погаными язычниками».

Кроме того, архиепископ приказал «кликати» раз в году в неделю православия вечную память убитым казакам.

Никто до сих пор не может утверждать, существовал ли Ермак в реальности.

Или его выдумали «на скорую руку», как идеализированно-собирательный образ к подражанию…

Русская Сибирь непременно нуждалась в новых героях, а Церковь, в мучениках…

Произошла понятийная революция…, когда оккупация Сибири, представлялась уже не актом агрессии русского государства…

Но…, справедливой волей народа, самостоятельно и жертвенно, решившего нести «свет Православия» за Урал….

А поскольку «Ермак Тимофеевич», в соответствии с жанром, утонул…, виноватых более не было…

 

«Ремезовская летопись» упоминает о еще одном источнике Киприановского синодика, неких, неизвестных никому, ни до, ни после…, татарских записях.

Одним словом, на основе всего вышеуказанного, при Киприане и была составлена первая официальная сибирская летопись.

Отличавшаяся от «Кунгурской» и Синодика, пышностью слога, вымышленными диалогами и несколькими новыми статьями.

Описанием Сибири, генеалогией татарских царей, текстом о смерти Ермака, торжественным введением и заключительной частью о присоединении к христианству сибирских народов.

Что и передает основную идею Киприановского свода: - Сибирь, которая была раньше местом «вогнеждения» зверей и «водворения» сиринов, стала ныне прибежищем христианам.

«Оттоле же солнце евангельское землю Сибирскую осия, псаломский гром огласи, наипаче же во многих местех поставишася гради, и святые божия церкви и монастыри создашася».

Все эти «летописи», напоминают что угодно, но только не исторический документ о «Завоевании царства Сибирского».

Изображая покорение Сибири единоличной инициативой Ермака, выступившего от имени всего русского народа и реализовавшего её на свой риск и страх, без участия царя и Строгановых.

«Не от славных муж, ни царска повеления воевод... но от простых людей избра бог и вооружи славою и ратоборством и волностию атамана Ермака Тимофеева сына Поволскаго и со единомысленною и предоброю дружиною храбровавшего».

Всего около трех лет Киприан служил сибирским архиепископом, а каковы последствия….

 

И можно бы посчитать эту фантазийную историю за дурной вкус, безделицей высосанной из пальца…

Но, видимо и во лжи иногда следует быть упорным….

По ходатайству очередного тобольского архиепископа Нектария, в 1637 г. «прославление» Ермака и его казаков приобретает… общерусский характер….

Установлено всероссийское поминание убиенных при покорении Сибири казаков…

В это же время, подьячим Саввою Есиповым, привезенным еще Киприаном из Новгорода и вероятно принимавшим участие в создании прежних летописей, составляется их новая, официальная, «расширенно-доработанная» версия …

Судя по всему, Есиповская, как и прежние летописи, предназначалась непосредственно для отсылки в Москву.

Источники, средства и цели, разумеется, остаются неизменными, прославить новую христианскую Сибирь, окружив ореолом мученичества ее покорителей.

По-прежнему «велемудрый ритор Ермак» с товарищами, ходит по всей сибирской земле «стопами свободными».

Основная тема: - «о мужестве и о храбрости русского полка, собранного и водимого Ермаком Тимофеевым».

Есипов значительно «распространил» витийством прежнее, Киприановское писание.

Вставив в свою летопись примеры из Библии, ссылался на Троянскую историю, на «кронику латынскую», рассуждал о происхождении названия Сибирь и т. д.

Оканчивается летопись рассказом об основании тобольской епархии

Создание мифа совершилось…, возникшая из ниоткуда иллюзия, обрела воплощение…

В середине 17-начале 18 века, с «Есиповской летописи» совершено множество списков и она была безусловно хорошо известна в канцеляриях Москвы, а затем С-Питербурга.

Существует упоминание о Есипове относящееся к 1643 году, когда он отправился в Москву.

Таким образом, возможность, того, что его летопись не выходила за пределы Сибири, вероятно исключается окончательно.

 

Далее, следуют события не менее занимательные и поучительные…, заставляющие более чем изумиться…

В 1668-73 гг , появляется т.н. «Строгоновскую летопись» («О взятии Сибирской земли», охватывающая события 1558—86).

По многочисленным признакам которой, можно однозначно утверждать сходство с «Киприановской летописью» …

Однако, дополнительно в неё введены, ссылки на не существующие летописные данные, документы вотчинного архива Строгановых, в том числе на переписку Строгановых с дружиной Ермака..

Конечно же не дошедшие до нас…

Выдвинута на первый план инициатива и участие Строгановых в организации похода Ермака.

Подчеркивается помощь, которую оказывали Строгановы «буйственным и храбрым» казакам Ермака.

Идиллически изображено снаряжение их в поход.

«И отпевше соборне молебная пения... и удоволиша их мздою и одеянии украсиша их и оружием огненым, пушечки и скорострелными пищалми семипядными и запасы многими и всеми сими доволно сподобиша их, и вожев, ведущих той сибирский путь, и толмачев бусурманского языка им даша и отпустиша их в Сибирскую землю с миром».

Летописец дословно цитирует грамоты, а затем упоминает имена дьяков, скрепивших их, число и год их подписи, приводит имена бояр, которые приказали их выдать по царскому указу, иногда говорит даже о золотых царских печатях, которыми они были снабжены.

Однако, как показали исследования, эта якобы точная документация грамот, увы…, не соответствует действительности.

На подлинных грамотах не оказалось большинства из тех «подписей» и «приписей», на которые ссылается «летописец».

Вещи же принципиальные и вовсе не находят своего подтверждения…

Да, …явно поддельная и очевидно ангажированная вещь, писанная на деньги, «во славу тех, кто действо оплатил» …

Удивляет как раз другое…

Миф о Ермаке, приобретает такую грандиозную значимость и правдоподобность…

Что уже сильнейшие и богатейшие роды России, коими в первую очередь являлись Строгоновы, желают прислониться к этому «мороку» …

Приняв своевременное финансовое участие в дальнейшем создании «исторического фантома».

Пикантность (но, не правдоподобность) истории, придает факт, что некоторые исследователи, предпочитают указывать первоисточником «Строгановской летописи» не «Киприановскую» ….

…А наоборот, …утверждая дату написания «Строгановской» 1620-30гг. …

 

Что касается народного творчества, оно ожидаемо подхватило идею Ермака, превратив в песенный образ благородного и до недользя фартового разбойника.

Былинного богатыря изменившего судьбу страны, родственника Стеньки Разина и т.д..

 

Очень приблизительно…, в 1703 году, предположительно Семён Ульянович Ремезов, сибирский картограф и архитектор, компонует еще одну летопись, получающую его имя…

Не неся принципиально новой информации, она представляющую собой некую компиляцию.

Вариацию «Киприано-Есиповской летописи» с вероятно найденной и отредактированной им «Кунгурской летописью».

Дополняя её предположительно своими рисунками и картами, с введениями из иных, ныне неизвестных источников, в том числе устных.

Утверждать авторство и достоверность летописи сегодня не возможно, при том, что оригиналов её нет.

Предположительно известно о двух списках с летописи.

Первый, бывший у Петра Фёдоровича Мировича, енисейского провинциального воеводы, в 1746 г. отрешенного от должности и попавшего под следствие.

Второй, был скопирован для Миллера, который якобы его и открыл.

Однако, исходя из того, что все свои другие работы о Сибири, Ремезов пытался популяризировать, опубликовать и издать в С. Петербурге, сложно говорить, что «Ремезовская летопись» могла быть исключением.

 

Предполагается, что «Академический отряд Великой северной экспедиции» провёл большую работу по копированию в местных сибирских архивах разнообразных документов.

Собирал летописи, устную информацию, данные археологии, этнографии и лингвистики.

В результате чего им из Сибири, будто бы вывезена «громадная» коллекция архивных документов….

Однако, Миллеру нечего было не только показать…, но и даже сказать своим коллегам.

Кроме как объявить о «нахождении» вышеуказанных «русских летописей» и легенды про Ермака.

Научного отчета после экспедиции, со стороны г-на Миллера просто не последовало….

Итогом работы Г. Ф., считается пятитомная «История Сибири» из 23 глав…, которую за исключением 1-10 главы, ….никто не видел…

Первый том «Истории Сибири» (1-5 главы) вышел в 1750 году, т.е. через 7 (семь!) лет по возвращению из самой экспедиции…

Том сопровождался приложениями документов — якобы копиями архивных дел…., которые в большинстве своем, отсутствуют в оригиналах, принципиально не имея подтверждения.

И только через 20 лет после экспедиции!!!, в 1763-1764 году, на немецком языке были изданы новые отрывки, составившие второй том.

6-10 главы, напечатанные на немецком языке, в журналах «Sammlung Russischer Geschihte» и «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие» …

11-13 главы, опубликованные в 2005 году, вообще вызывают сомнение в его авторстве

Знаменитый «портфель Миллера» –тридцати-томное собрания документов и материалов по истории Сибири, оказался «пустышкой».

В составлении «Истории Сибири», очевидно возобладал, так называемый государственно-академический подход.

Когда абстрактная политическая польза государства, рассматривается высшим приоритетом подлинности, допуская с этой целью, любую трактовку и транскрипцию произошедшего.

Вплоть до создания собственных мифов и утверждения их «неопровержимыми историческими фактами» ...

Которые будучи «правильно» поданы в «Описании Сибирского царства», принесли Миллеру русское подданство, звание историографа и должность ректора академического университета.

Попытавшийся было, по распоряжению академии, продолжить труд о Сибири, на основе «миллеровских документов», академик Фишер, потерпел не менее очевидное фиаско, не найдя ничего нового, стоящего к опубликованию.

В последующем, многие из тех, кто получал доступ к «портфелю Миллера», выражали свое удивление…, тем, что по сути его нет…

Равно как и отсутствию фактической доказательной базы утверждениям «академика» ….

Но… «мавр сделал свое дело, мавр может уходить» ….

 

Современники утверждают, что «История Сибири», была издана в атмосфере величайшего недоброжелательства и «до мелочей» подвержена «немалой критике и роптанию».

Даже дружественные ему члены академии избегали положительных отзывов о ней…

И только по прошествии десятилетий, когда становиться очевидным, что ничего более вразумительного о истории Сибири, академии написать невозможно….

Данный труд Миллера, по принципу «на безрыбье и рак щука», вынужденно начинают позиционировать «первым правильным учёным трудом по сибирской истории».

Путевые записки малообразованного, душевнобольного человека, «эволюционируют» в научный символ, гордость России…, руководство к образованию и государственной политике.….

…Дела давно минувших дней…, но…, чем объясняют уже современные историки отсутствие опубликованных данных из «портфеля Миллера»…

Хотите смейтесь, хотите рыдайте…, основными указываются: …

- написание рукописей Миллера на немецком языке, значительно отличающимся от современного и крайне неразборчивым почерком.

- использование большого количества вариантов написания одних и тех же букв, между которыми нет никакого видимого сходства.

- содержанием многочисленных вкраплений отдельных слов и целых выражений, написанных на латинском и русском языках, а также на языках коренных народов Сибири (латинскими буквами с системой диакритических знаков, разработанной самим автором). - изобилие сокращений слов и элементов стенографии, с шифровкой разработанной самим автором.

И т.д. 

 

На самом деле, заслуга Миллера, вероятно лишь в том, что неизбежно действуя в рамках «государственного заказа на написание истории», он все же избегал указывать «мифологически-тенденциозные» версии событий, которые могли быть легко опровергнуты.

Умудрившись придать бездоказательным утверждениям и имеющемуся у него фактологическому хаосу, крайне глубокомысленны вид системной упорядоченности, с претензией на беспристрастный научный реализм…

Последующие попытки официальных историографов, вплоть до настоящего времени, следовали в русле миллеровской версии.

 …Трактуя, дополняя, критикуя, …но, никогда не отвергая оную концептуально….

Поскольку любая альтернативная история «присоединения Сибири» слишком очевидно вступала бы в противоречия с «государственными интересами целостности российского государства».